Тарусская встреча

Если выбирать между походом в лес за грибами и сидением лежанием  с книжкой, я предпочитаю второе. Книгу, на которой задержалось внимание, написал наш современник Сергей Александрович Васильчиков (1926—2016). Писатель-фронтовик, с 1960-х годов он жил и работал в Калужской области. 

Сборник повестей и эссе «Пушкин в Полотняном Заводе» это последняя книга автора, а всего у него вышло около двадцати романно и других произведений. Васильчиков участвовал в создании Калужской областной писательской организации, в последние годы жизни был главным организатор пушкинских праздников в Полотняном Заводе. 

Большая часть книги посвящена Полотняному Заводу. Мне довелось там побывать в минувшем августе. Жаль, что мало было времени! По музею-усадьбе Гончаровых мы ходили без экскурсовода, да и всю территорию посмотреть не получилось. Хорошо, что есть книги, рассказывающие о литературных достопримечательностях.

Васильчиков много ездил, работал журналистом, прежде чем стать профессиональным писателем. Оказалось, что эта книга содержит еще повествования и о других писателях и поэтах. Например, в очерках «Сатир и нимфа» и «Коктебельские знакомства» рассказывается о Волошине и Цветаевой. 

А один рассказ называется «Пора Паустовского». Конечно, мой любимый писатель Константин Паустовский имеет прямое отношение к Калужской области, но не ожидала встретить упоминание о нем в книге, посвященной Пушкину. 

Рабочий кабинет Паустовского в Тарусе

В 1961 году вышел сборник «Тарусские страницы», наделавший много шума. Он стал библиографической редкостью, которой остается и поныне. Состав авторов запрещенных, Цветаева, Заболоцкий и талантливая молодежь. Это привлекло внимание партийных органов. Сняты с должностей и получили строгие взыскания директор Калужского книжного издательства и главный редактор. 

Решался вопрос, как поправить дела издательства. Писатели тогда выполняли указания секретарей обкома. Васильчиков, молодой литератор, был назначен главным редактором. Он поехал в Тарусу с целью обсудить с Паустовским  выхода нового сборника прозы.  

«Я вошел во двор, вернее то была зеленая лужайка с цветником. Меня встретила пожилая женщина и проводила в большую комнату – знаменитую светелку с двумя большими окнами во двор и сад. Казалось, что весь этот кабинет писателя состоит из воздуха, света и двух огромных окон. Мне было не до того, чтобы разглядывать интерьер, мой взгляд был устремлен на писателя. 

… я не рассчитывал на долгое знакомство и на то, что Константин Георгиевич запомнит меня. Таких как я, молодых редакторов, поэтов, прозаиков он видал на своем веку тьму-тьмущую. Для меня же это свидание было знаковым. Паустовский был тем писателем, которого я ставил в первую шеренгу тех литераторов, которые умеют прочесть в человеческой душе то самое важное, что можно от нее ожидать. 

Я зал еще одного писателя, который был не в чести — норвежца Кнута Гамсуна, так же как Паустовский он любил природу, был лириком, прекрасно владел языком прозы, и герои его были не всегда счастливы, а порой одиноки.

Мы перешли к обсуждению сборника, я сразу понял, что Паустовский не видит в нем особо важного издания. Погоду оно не сделает. Потому несколько равнодушен был к его судьбе. Но он слегка удивился, когда я стал перечислять произведения, которые бы не делали книгу очень уж разноплановой. 

Он согласился с циклом лирических рассказов, внес предложение поставить очерки о мастерах прозы. И, как ни странно, мы за час довели рукопись до 250 страниц. Что и требовалось…

Когда я пишу и думаю о Паустовском, невольно удивляюсь некой сакральности судьбы. Мне надо было приехать в Калугу, пройти десятилетний путь работы: в школе, в партаппарате, попасть в издательство и еще связать на целое десятилетие свою жизнь дружбой с Володей Кобликовым. Фактически он вывел меня на знакомство с Паустовским. 

Пусть оно было шапочным, но мне довелось работать с ним как с профессионалом, заглянуть в его «колдовскую светелку», как называл Володя рабочую комнатку Паустовского в тарусском доме, где жил не только гений писателя, но обычно сидели и беседовали его друзья и близкие люди, где звучали самые искренние и объективные суждения о нашей литературе.

О, сейчас я с еще большей остротой понимаю, что даже минуты, проведенные с Паустовским, его книги, которые были моими спутниками долгую жизнь, служили зачастую путеводной звездой». 

Владимир Васильевич Кобликов (1928-1972) – детский писатель, ученик Константина Паустовского, уроженец Калуги, в 1960-е годы редактор Калужского книжного издательства. 

Так неожиданны воспоминания Сергея Васильчикова о встрече с Константином Паустовским в Тарусе. Сколько людей, сколько судеб... 

promo elisaveta_neru october 9, 10:00 30
Buy for 10 tokens
Книгу «Берегитесь, боги жаждут!» Эдвард Радзинский написал в 2015 году. На обложке изображена гильотина, по бокам которой профили Робеспьера и Ленина. «Наверняка, там много мерзостей в адрес Робеспьера», - была первая мысль. Но я решила, что из негатива тоже можно извлечь полезное. Только по…

Error

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded 

When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.