Месяц жары

Огненное солнце всходило.

Как давно и одновременно недавно это было. Два необычных слова врезались в память. Cлова «якобинцы» и «термидор». Кто такие якобинцы, тогда в школе я особо не вникала. Думала только, что во Франции все были якобинцы. Слово «термидор» осталось и запомнилось в связи с чем-то жарким, трагическим. 

Вспоминается, как «термидор» произносит Лариса Александровна, учитель французского языка и классный руководитель. Да, мы записывали по-французски названия месяцев революционного календаря и их значение. Фример – месяц заморозков. Жерминаль – месяц произрастаний. Термидор – месяц жары. 

Она рассказывала по-французски и по-русски, что произошло в Париже 27 июля 1794 года. Я тогда это все слышала. Только самое основное, без подробностей. И видела. На репродукциях картин, на страницах книг. В этот день 224 года назад стояла такая же удушающая жара. Месяц жары. 

Но, довольно моих мемуаров. Сегодня я думаю об одном человеке и об одной вещи, точнее, предмете интерьера. 

Человек этот не Максимилиан Робеспьер, о нем я думаю всегда, не только сегодня. Это генерал Франсуа Анрио. Почему он тогда не отдал приказ идти на Конвент?

Свою молниеносную военную карьеру этот простой крестьянский юноша сделал вместе с революцией. Первоначально состоял в клубе кордельеров. Вскоре начал службу как командир батальона секции санкюлотов. В 1793 году в 33 года он уже главнокомандующий Национальной гвардии и верный помощник Робеспьера. 

Бесспорно, дивизионный генерал Анрио был не один, деятельное участие принимали и другие люди. Неминуемое переплетение человеческих судеб.

Ближе к вечеру, когда стало известно о скандале в Конвенте и аресте Робеспьера, мэр Парижа Флерио-Леско приказал закрыть городские заставы, бить в набат и призвал секции поднимать восстание. Коммуна отказалась выполнять приказы Конвента. Секции были наполнены ставленниками и агентами комитетов. Только 16 секций из 48 послали своих гвардейцев.

Генерал Анрио, пытаясь освободить депутатов, сам был задержан и арестован в Конвенте. 

Другие люди. Жан-Батист Коффингаль, вице-председатель Революционного Трибунала, возглавил верные Коммуне войска и освободил из тюрьмы Робеспьера, а затем Анрио. И вскоре Баррасу, получившему полноту полномочий, сообщили, что Коффингаль во главе крупных вооруженных сил движется на Конвент. Но почему-то он повернул в Комитет общественного спасения и, не найдя там заговорщиков, приказал войскам возвращаться к площади ратуши.

Здесь много неясного, в исторических источниках много разногласий. Не было строгой организации и конкретной директивы. Около пятисот гвардейцев размещено у ратуши. Плюс конная жандармерия и артиллерия. Почему же секции стали переходить на сторону Конвента? 

Ночью артиллеристы разошлись с освещенной факелами площади, не дождавшись приказа. Испугались, что члены Коммуны, Генерального Совета и все мятежники объявлены вне закона?

Народ имеет право на восстание, если правительство нарушает народные права. Это написано в «Декларации прав человека и гражданина». Тогда восстание является священнейшим и необходимейшим долгом. Конвент совершил государственный переворот, и Коммуна призывала народ к восстанию. Кофингаль повел войска на Конвент. Потом остановился. Почему?

Анрио и Коффингаль были вместе. Это Робеспьер им сказал, что не нужно поднимать восстание? 

Робеспьер, принявший как неизбежность потерю власти (да он и не стремился к власти), а что еще болезненнее, обреченность той идеальной Республики, которую они с единомышленниками пытались создать. 

Надо было ослушаться Робеспьера и идти громить Конвент. Превратить его в груду развалин, как обещал генерал раньше. В чем же усомнился отважный Анрио? 

Какие только слухи о нем ни ходили, что Анрио после освобождения побежал на площадь Карусели искать свою лошадь, что вводил в заблуждение канониров, других военных и народ, что он в этот вечер был немыслимо пьян. 

Кто же виноват Анрио или Коффингаль?  Они могли изменить ход событий девятого термидора. В пользу Робеспьера и его друзей. Если бы Коммуна приказала военным в лице Анрио и Коффингаля. Но они могли бы и сами приказать кому угодно.

Случился бы новый народный бунт в Париже. И тогда бы историки написали, что с помощью кровавого переворота очередной раз пришел к власти Робеспьер. 

Адъютант Анрио выдал пароль войскам Конвента, поэтому заговорщики проникли в ратушу.

Ночью в ратуше Анрио, не задумываясь, отдал свою молодую цветущую жизнь. А Коффингаль ускользнул. Он скрылся, потому избежал ареста. Был пойман и казнен как сообщник Робеспьера только 18 термидора (6 августа).

Предмет интерьера, вспоминаемый сегодня – это стол. 

Стол, на котором лежал раненый Робеспьер в ту ночь с 9 на 10 термидора. Когда из ратуши их притащили в Комитет общественного спасения во дворце Тюильри. Робеспьера несли на руках, потом на носилках. Лежал до того часа, пока утром не устроили опознание личностей. Стол был покрыт зеленой скатертью. Под голову ему положили деревянный ящик.

Эта бесценная реликвия находится в Национальном Архиве в Париже, в одном из залов экспозиции. На нем стоит табличка, но если не знать, что это за стол, можно не обратить внимание. Стол из красного дерева, покрытый светлым лаком. Принадлежал когда-то королю Людовику XV. 

Ссылку прислали мне друзья В Контакте: https://www.histoire-image.org/fr/etudes/9-thermidor?i=271

Кажется, стол вмещает в себя и передает весь масштаб термидорианской трагедии. 

Почему-то художники ХIХ века любили изображать поверженного вождя якобинцев лежащим на столе. Взять хотя бы произведение русского художника Якоби «Девятое термидора». 

Валерий Иванович Якоби (1834-1902) отправился за границу для совершенствования живописной техники. В Париже проникся темой Великой Французской Революции и в 1861 году приступил к картине «Смерть Робеспьера». Когда в 1864-м закончил, назвал полотно «Последние минуты Робеспьера». Потом картина выставлялась под мудреным названием «Террористы и умеренные первой Французской революции». 

Сейчас она именуется «Девятое термидора» и хранится в Третьяковской Галерее в Москве. Художник-передвижник, член Совета Императорской Академии художеств Валерий Якоби стремился передать идею поражения и гибели борцов за свободу.

В центре композиции стол. На бордовой скатерти раненый Робеспьер. Стол – безмолвный свидетель последних часов его жизни. Сюжет печален, я не люблю эту картину, обращалась к ней только из-за стола. 

Вот как красиво сказано в официальном описании холста: «Композиция построена так, чтобы подчеркнуть одиночество и обреченность горсточки революционеров. Картина убедительна своей исторической и психологической достоверностью. Соответствует реальности поведение персонажей: наглое торжество победителей, отрешенность Робеспьера и гордое бесстрастие Сен-Жюста, в портретных чертах которых заметна близость к иконографии XVIII века».

Девятое термидора произошло как неотвратимая трагедия. Но смерть – это не конец, а начало вечной жизни. Начало бессмертия. 

promo elisaveta_neru october 9, 10:00 30
Buy for 10 tokens
Книгу «Берегитесь, боги жаждут!» Эдвард Радзинский написал в 2015 году. На обложке изображена гильотина, по бокам которой профили Робеспьера и Ленина. «Наверняка, там много мерзостей в адрес Робеспьера», - была первая мысль. Но я решила, что из негатива тоже можно извлечь полезное. Только по…

Error

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded 

When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.