Герой романа

Когда-то в детстве я думала над словами из рассказа Джанни Родари «Почему я – это я?» Там излагался ответ: потому что рядом со мной есть еще и другие. И все-таки, почему я – это я? Почему именно я вынуждена вот сейчас здесь стоять?

Столы со стульями поднимались амфитеатром в кабинете математики, где проходил педсовет. 25 августа 1991 года там решалась моя судьба. Обсуждался вопрос моего дальнейшего обучения в 10-11 классах. Мне было все равно, хотя, конечно, желательно получить оконченное среднее образование. 

Какой там Литературный институт, если у меня одни тройки в году за 9-й класс! Будь что будет. Я безучастно смотрела на них, на всех. До боли знакомые лица. Вот Наталья Николаевна, ее светлые волосы похожи на венок из одуванчиков. Вот рыжеватые усы Вадима Георгиевича. Вот очки в толстой оправе на лице Ларисы Александровны. 

Нет, учителя были настроены очень дружелюбно. Они ведь знали меня, как тихую скромную девочку. Наша математичка Элина Артуровна, которая, как мне казалось, терпела меня с трудом, спокойно молчала. А другая учительница алгебры, что у нас ничего не вела, сразу выступила за то, чтобы меня оставить. С условием, что буду стараться учиться нормально.

Возможно, и Лариса Александровна заранее просила завуча. Со мной пошел отец, но ему не пришлось ничего говорить. Педагоги проголосовали единогласно и через пять минут мы уже возвращались домой. 

Почему же я – это я? Я предполагала, что все будет хорошо. Я просто это знала. Потому что нынешним летом в моей жизни произошло такое чудо, после которого все остальные чудеса теряли силу. 

Директор школы как-то еще раньше сказал моей маме:

- Не переживайте, может быть, она станет хорошей женой и матерью. Ведь учеба на самом деле не так и важна.

Подобная будущность меня не привлекала. Но мне подумалось, а вдруг, правда? Это было в 9-м классе, когда маму вызывали по поводу моих неудовлетворительных оценок. Но вернусь в середину лета. Я писала роман об артистах. Главным героем был молодой певец, похожий на моего любимого кумира.

Мои странствия по городу стали регулярными. Когда зацвели липы, я ходила завороженная этим благоуханием. Словно в предчувствии чего-то нового и необычайно прекрасного. Их росло много, старых лип, в парке рядом с домом и вообще на центральных улицах. 

В один из таких вечеров, опьяненная ароматом липы, я шла куда-то по улице родного города и вдруг увидела героя моего романа. Я так и застыла на месте, не веря глазам. Молодой человек высокий, стройный, с длинными чуть ниже плеч светлыми волосами, а на лицо – двойник Александра Малинина. Нет, более красивый. Рядом с ним шел мужчина постарше, только с длинными черными волосами и лысиной. 

Я направилась за ними посмотреть, куда пойдут. И как велико было мое изумление, когда они поднялись по улице Попова до самого храма – бывшего музея и скрылись за дверью. «Может быть, они принимают участие в ремонте собора?» – думала я. Оказалось, все гораздо романтичнее – они пели в хоре.

Внутри храма было освобождено уже большое пространство, второй этаж музея убран почти до конца. Молодые люди поднялись на высокий балкон. Хор располагался наверху, почти под потолком, туда вела деревянная лестница. Я подняла голову и обрадовалась, увидев давнего знакомого. На меня сверху смотрел тот святой, что оставался в музее. Вот и дождались мы возрождения храма! 

В 17 часов начиналась служба, которая называлась Всенощное бдение (посмотрела в расписании). Я была без платка, поэтому боялась зайти и мялась у входа. Боковая северная дверь собора оставалась открытой. Людей было много и еще все заходили. 

«Ничего, что без платка и все смотрят. Главное, Бог на меня смотрит», - подумала я и вошла. Лики святых на иконах виделись мне печальными. Хор запел «Господи воззвах Тебе, услыши мя…». Какое звучание, акустика, это называется! Богослужение длилось, как показалось, очень долго. Я измучилась в ожидании, и стояла, и сидела на скамейке во дворе. 

На двери прочла объявление о том, что по воскресеньям в храме совершается крещение и венчание. После окончания службы дождалась, пока выйдет герой моего романа. Он появился снова со своим приятелем, и я вновь направилась за ними. Весело беседуя, они шли в сторону парка Победы, а дальше пешком на Харьковскую гору. И я «проводила» этого парня до самого дома. Он жил в одной из пятиэтажек на улице Мокроусова. 

Харьковская гора. Когда-то мой отец строил эти дома и нам могли тоже дать здесь квартиру. Но так получилось, что дали в центре. Если ехать на транспорте, то этот район можно разделить на три кольца. Прямо ведет улица Щорса. На первом кольце поворот влево на улицу Костюкова, где стоял дом тети Таси и любимые с детства магазины «Океан» и «Топаз». 

Тетя Нина жила чуть ниже, на улице 5-го августа. Далее второе кольцо переходило в улицу Королева. Не доезжая кольца, начиналась улица Мокроусова. Параллельно ей был разбит обширный парк с колесом обозрения. А до третьего кольца еще строились многоэтажные здания. Эти места были мне незнакомы. И теперь я приступила к освоению Харьковской горы.

Каждый день беспрерывно искала взглядом этого мальчика на улицах города, где бы ни ходила или ездила. Да не мальчик, похоже, ему было лет за двадцать. А каждую субботу поджидала его к 17-ти часам на скамейке возле кинотеатра «Победа», оттуда видна дорога к храму. И под палящим летним солнцем, и под дождем. 

На Всенощном бдении не выдерживала до конца, уходила. Мне казалось, он с балкона смотрит на меня, когда во время службы читали Псалтирь, а все хористы сидели. Да, безусловно, он заметил меня. Ведь я шпионила за ним, бесстыдно делая вид, что оказалась здесь совершенно случайно, по своим делам. Так прошел месяц июль. 

В нашем дворе по вечерам собиралась чужая молодежь, пели под гитару. Звездное небо и ласковое тепло кружили мне голову. Я сидела на балконе и писала стихи. Муза посещала меня почти каждый день. Мое странное поведение приходилось скрывать от всех. Дома думали, что просто гуляю одна, как обычно. Во дворе уже никого из подруг не осталось, а с Людой мы, живя на одной улице, переписывались все лето. 

Она писала в письмах, что встречается с Димкой, двоюродным братом Киры. Что он признался ей в любви. Я в свою очередь писала ей, что встретила парня, похожего на Малинина и влюбилась. 

Вскоре обозначилось новое чудо – по городу появились афиши. Гастроли Александра Малинина! Концерты намечались на 22-23 августа. Какой счастливой я себя чувствовала. Но говорили же суеверные люди, что заранее радоваться нельзя, плохая примета. 18 августа в стране случился путч. Мои личные драмы казались теперь ерундой в сравнении с событиями в Москве, с одной стороны. А с другой я ненавидела все это, потому что приезд Малинина отменился.

Он пел на баррикадах у Белого дома. Я не находила покоя, так хотелось попасть туда, в центр Москвы, в основном там участвовала молодежь. Мы дома только и сидели у телевизора, наблюдали за происходящим. Я глубоко переживала, насколько могло сопереживать мое юношеское сознание. Радовалась, когда россияне одержали победу над заговорщиками. 

А в соборе шла служба, будто нет никакой революции в стране. На праздник Преображения была открыта уже центральная дверь с западной стороны. Я стояла, как завороженная. Огромное пространство, всюду светло, чисто, белые стены, мягкий ковер на полу. Хор теперь пел на балконе над входом, очень высоко. 

У дверей каждый раз крутился немолодой мужчина слабоумного вида, просил милостыню. Его все называли Андрей. Я часто отдавала ему мелочь. Он тоже приметил меня, стал здороваться, однажды сказал:

- Рад видеть вас в добром здравии.

Тогда 18 августа зашла накануне праздника, потому что знала, Преображение — главный праздник собора. Андрей бегал по двору и кричал:

- Владыка приехал! Радость какая, Владыка приехал!

Я стеснялась спросить, кто такой Владыка. О церковных праздниках читала, об устройстве храма, но кто такой Владыка, нигде не писали.

Это было предпоследнее летнее воскресенье. Начиналась школа. Поэтому на педсовете я стояла счастливая, влюбленная, и понимала, что все равно буду учиться дальше. 

Кира поступила в свое медицинское училище с тройками. Там можно было заключать коммерческий договор, поэтому ее взяли. Вот радость, Люда снова осталась со мной. В школе мы неразлучно вместе, а вечером они гуляли с Кирой и ее братом. 

В 10 классе нас осталось человек пятнадцать и столько же в параллельном. Как говорили тогда: меньше народу, больше кислороду. Но одной учебы мне было недостаточно. Ни поэзии, ни музыки, ни писания романа. Увидев объявление на школьной доске, что можно записаться в театральный кружок, я тут же отправилась в нужный кабинет. Но об этом речь пойдет позже.

В один из сентябрьских дней нового учебного года Лариса Александровна с утра объявила нам новость, от которой захватывало дух. Но я еще дома услышала об этом по радио. В Белгород доставят мощи святого Иоасафа, который руководил церковью в ХVIII веке. Его останки сохранились в одном музее в Петербурге, оттуда и привезут. Даже приедет по этому случаю Патриарх Московский и всея Руси Алексий II. Он возглавит праздничную службу в Преображенском кафедральном соборе.

- Ух, ты! Давай сходим, посмотрим! – воскликнула Люда.

Я вначале растерялась. К 15-ти часам надо идти на театральный кружок. И очень хочется посмотреть и на мощи, и на Патриарха, хор будет петь, наверное. И попасть туда хочется одной, а не с кем-то за компанию. Ответив Люде неопределенно, я после уроков отправилась на кружок, но наш руководитель не пришел. Он позвонил, перенес занятия на завтра. Сам Бог велел мне устремиться к Преображенскому собору.

Такого множества людей я не видела даже на праздновании дня города, милиция ходила целыми группами. Проезжая часть улицы Попова была усыпана цветами, где-то вдали позванивали колокола. Атмосфера праздничная и торжественная. Все ждали, к 16-ти часам должны были привезти мощи. Погода стояла великолепная, тепло, солнечно. Но у меня ломило все тело, болела и кружилась голова, первые признаки простуды давали о себе знать. Ноги и позвоночник заныли от стояния на одном месте. Я подумала, вот сейчас только увижу святые мощи, и все пройдет.

Но вначале я увидела моего любимого мальчика. Несколько человек быстро шли к входу в храм, это были хористы. Он выше всех ростом, в джинсах и синем свитере, прошел, держа в руках ноты, его светлые волосы были рассыпаны по плечам. Это чудо, которое мне сегодня подарил Бог! Я даже с трудом поверила. 

Между тем колокола звонили все громче и радостнее, это приближался Крестный ход. Вскоре послышалось необычное пение, низкие монотонные голоса. На улице показались кресты и хоругви. Это пели священники в золотых облачениях, они и несли гробницу с мощами святителя Иоасафа. Все люди тоже запели, начали креститься, кланяться. У меня слезы навернулись на глаза. Непонятное до конца чувство отрады охватило, трудно было понять, почему это праздник, что привезли мощи.

Крестный ход вошел в собор. Патриарха не видно нигде, внутрь попасть не представлялось возможным. Хор пел так громко, что слышалось всюду, скорее всего там были динамики. Я постояла немного еще около храма, и сквозь стену народа пробралась к выходу на улицу.

Дома не могла ничем заниматься, от усталости и слабости легла спать пораньше. А ночью разбудили сильные боли в животе и жар. Кроме того еще болело горло, голова, дыхание нарушилось из-за насморка. Я вспомнила события прошедшего дня. «Иоасаф, он святой, но умер давно, а мой мальчик живой сейчас, у кого же лучше просить помощи? Господи, помоги!» - думала я, как в бреду. Решила, что к своему счастью в школу сегодня не пойду, так как вновь заболела. Завтра скажу маме, она вызовет врача…

Утром проснулась, когда за окном начало светать. Может, мне это все приснилось? Я прислушивалась к своему состоянию и не могла ничего понять. Во всем теле была прохладная легкость, ничего абсолютно не болело. Господи, как я благодарна Тебе за все! 

В школе все шло благополучно. Люда не ходила смотреть, потому что Димка пригласил ее в кино. А я не стала рассказывать о своем чудесном исцелении. Да, Патриарха я тогда не увидела, хотя он встречал мощи и шел в том крестном ходе. 

Вечером зашла в храм поставить свечку святителю Иоасафу, на службе что-то читалось. В носу щекотал сладкий аромат ладана. Люди мелькали в таинственном полумраке, горело много свечей. Наверху на балконе я увидела лысого и рядом моего героя. Кто-то из женщин прошептал, что теперь в храме будут служить каждый день.

Мощи лежали в деревянной гробнице под стеклянной крышкой. Посмотрела из любопытства, тогда еще не было должного благоговения к святому. На Рождество Пресвятой Богородицы 21 сентября впервые звонили колокола. Так громко, что слышно дома с нашего балкона. Звон разливался по всей округе. Только кресты на куполах еще не установлены. 

Ну, вот и все. Табличку «Областной краеведческий музей» заменили другой: «Памятник архитектуры. Преображенский собор. 1813 год». По вечерам величественное здание собора белело на фоне черного неба. 

promo elisaveta_neru октябрь 9, 10:00 30
Buy for 10 tokens
Книгу «Берегитесь, боги жаждут!» Эдвард Радзинский написал в 2015 году. На обложке изображена гильотина, по бокам которой профили Робеспьера и Ленина. «Наверняка, там много мерзостей в адрес Робеспьера», - была первая мысль. Но я решила, что из негатива тоже можно извлечь полезное. Только по…

Error

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded 

When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.