Святое поручение

У нас дома на стене в зале висел гипсовый, покрытый коричневым лаком, сантиметров двадцать в высоту, крест с распятым на нем Спасителем. Он почему-то падал несколько раз и отбивался. Я молилась перед ним на коленях, когда никто не видел. 

Мама любила изображения Мадонн эпохи Ренессанса. Отец Инны делал из них «картины» - наклеивал на доску вырезанные из журнала репродукции и наносил тонкий слой лака. Такими картинами были увешаны стены нашей квартиры и бабы Тани. Инна еще повторяла, что ее папа работает художником. 

С Леной мы дружили до 8 класса, потом окончательно рассорились. Откуда в детях было столько злобы и ненависти, просто поразительно. В школе тоже между всеми завязывались какие-то искаженные отношения, с открытостью и солидарностью сочетались эгоизм, зависть, предательство, желание делать друг другу тайные пакости. 

У меня не получилось сохранить отношения с подругами детства. Разошлись по своим разным дорогам. Оля потом, когда выросли, меня не узнавала, не здоровалась при встречах во дворе или на улице, Инна тоже, а Лена переехала в другой район города.

В то последнее лето мы гуляли во дворе с ребятами. Из Магадана приезжал к бабушке на все каникулы Юра Пахомов, всеобщий любимец. Худенький белобрысый мальчик, наш с Леной ровесник. У его отца был длинный отпуск. Его покойный дедушка — Герой Великой Отечественной войны, а бабушку Юры называли геройка.

Мы дружили и раньше, с детства, играли в прятки и войну. Лена при нем не вспоминала о куклах. А я даже привозила ему из Красного созревшие коричневые колоски камыша. Но осознание отношений пришло только в 14 лет. И тогда к нам присоединялся Сережка из четвертого подъезда. Мы ходили в парк, как взрослые сидели на скамейке дотемна, рассказывали страшные истории о гробе на колесиках, черной руке, красной ноге, о вызывании духов. 

Лена, конечно же, считала его своим женихом. Но я втайне тоже мечтала за него выйти замуж. На уроках географии потом изучала карту, где находится Магадан, сколько до него ехать. Измеряла расстояние и приходила в беспокойство. Нет, ведь Юрка меня не любит, да и я его тоже. Тогда зачем?

Обычно в сентябре он начинал учиться в школе вместе с Леной, а потом уезжал в свой далекий Магадан. Юра рассказывал, что у них тоже бывает тепло, пацаны в шортах бегают. Судя по карте, город находился в холодном климатическом поясе. 

Девятый класс для меня начался оживленно. Нам разрешили краситься в школу. Цвета губной помады и теней для век теперь составляли темы повестки дня.  

Историк стал вести у нас дополнительно «Основы государства и права». Но для меня этот лишний час уже не имел значение. Его образ давно не вызывал трепет в моем сердце, я смотрела на него с неприязнью. 

Кажется, тогда он взял классное руководство в параллельном «А» классе. Но главное, он стал называть нас по именам. Только однажды, когда обратился к Людке – Людмила, у меня слегка зацарапало в груди. Ревность? Нет, всего лишь самолюбие. Мне он говорил просто Лена.

Люда как-то получила «4» по истории (ценное одолжение от Вадима Георгиевича) и вдруг заявила, что для поступления куда-то ей нужна история.

- Вот поэтому я ее учу.

«Выпендривается», - подумала я. Какая история нужна в медучилище?

В один из первых учебных дней Лариса Александровна объявила, что наш класс назначается стоять у Вечного огня и кто желает, нужно записаться. 

- Какое святое поручение, - прошептала Люда и тут же записалась вместе с Кирой. Я так поступить не могла. 

Ира Козлова возмутилась: 

- Ты что, какая-то особенная, ты такая же как все.

Нет, особенной я себя не считала. Это дома у меня все было по-особому. Я объявила об этом родителям только вечером, когда все пришли с работы.

- Скажи, что не можешь! А с Алешей кто будет?! – взорвалась мама. 

На центральной площади горел Вечный огонь. Плиты из черного мрамора покрывали братскую могилу времен Великой Отечественной войны. Там стояли по очереди учащиеся всех школ города. Нести караул направлялись по желанию, освобождались на неделю от уроков, из нашего класса пошли половина. Многие согласились из параллельного и 10-х, 11-х классов, а я осталась учиться. Люда расстроилась, что я не смогла. 

Мне очень хотелось пойти на площадь, посмотреть, как стройная Люда в белом фартуке стоит, не шелохнувшись. Мальчишки на вытяжку с автоматами, меня всегда интересовало, настоящие они или бутафорские. Сентябрь, тепло – стоять там одно удовольствие. Но я обходила площадь десятой дорогой, чтобы не изводить душу.

У меня было свое дежурство. Мой брат тоже не посещал детский сад, поэтому мы с ним оставались по очереди. Мама уходила на работу с утра, отец на 2-смену. Когда я возвращалась из школы, он отправлялся на работу. Стоять на площади надо было часов до 17-ти, поэтому я и не могла. Какая боль и стыд терзали меня. Всю эту неделю, когда они стояли, я ходила в школу угнетенная и несчастная. Отвлекалась только благодаря чтению.

Родители выписывали и покупали газеты, откуда я вырезала статьи об Александре Малинине и хранила, как святыню. Любимой была газета «Литературная Россия» и журнал «Огонек». И вот я из пачки летних прочитанных родителями газет узнала, что корреспондент газеты «Рабочая трибуна» Наталья Сухинина шла пешком в Иерусалим. 

Собрала статьи в порядке хронологии и все прочитала. Сама не понимала, отчего так обрадовалась, очень полюбилась мне эта смелая женщина. Как будто я с ней лично познакомилась. «Она свободна, поэтому держит путь в Святую землю. Я мечтаю вот так же идти, по дороге встречаться с разными людьми. Если бы она могла взять меня с собой!»  — написала в дневнике.

Я вообще мечтала куда-нибудь уехать, уйти, убежать. Путевые заметки Натальи Сухининой публиковались каждый день. Я все вырезала и тщательно проследила за ее маршрутом. Ведь газеты все равно выбрасывали.

Первое послереволюционное паломничество пешим путем, как ходили в России. Наталья вышла 18 июля из Троице-Сергиевой Лавры к Оптиной пустыни. Ее напутствовал недавно избранный Патриарх Алексий II. 

Она отсылала очерки, полные любви и сердечности, в газету. Для всей страны это была сенсация. В партийной газете появилась рубрика «Дорога к храму». Ее просили молиться за больных и убогих, за пьющего мужа, за умирающую дочку. Дорожные встречи дали понять журналистке, что такое Иерусалим для русского человека. 

Я не понимала, что это за страна такая Израиль. Название Святая земля и многое другое было для меня неизвестным. В Оптиной пустыни инок за прилавком засуетился: «Счастье-то какое, в Иерусалим, в Святую землю. Мечтать только можно. Снял с головы скуфью. Приложите там к святым местам». 

По пути она встречалась со священниками и заходила в интернаты для престарелых, детские дома и другие учреждения. Наталье было тогда 42 года, довольно молодая женщина, на фотографиях была в белой блузке и белых брюках. 

Калужская область – Курск – Киев – Чернигов – Одесса. Пешком она прошла несколько областей, кое-где доезжала на попутках. Из Одессы плыла на сухогрузе «Петя Шитиков» до Кипра, а оттуда летела на самолете 40 минут до Тель-Авива. В 4 утра пришла к Русской Духовной Миссии. 

«Ночь. Огоньки лампад в храме Воскресения Христова. Перед Голгофой священник. Сейчас я подойду к нему с исповедью. Поведаю о своих грехах, чтобы с облегченной душой предстать перед Святым Причастием. За дорогу их налипло к душе немало. Я испытывала не единожды страх пустой вечерней дороги, когда хотелось лечь в придорожный ров и долго-долго лежать, не двигаясь… белый с серыми прожилками мрамор Кувуклии. Где-то я уже это видела».

9 дней Наталья Сухинина прожила в Горненском монастыре Иерусалима. Впервые читала Евангелие. Старая монахиня сказала ей: «Запомни, все, что у тебя есть – тебе не принадлежит. Ты должна про это рассказывать». 

Назад в Москву прилетела на самолете. Статья называлась «Наташа вернулась». Это путешествие в корне изменило жизнь журналистки. Она обратилась к Богу, вышла из партии, потом работала в газете «Семья». А я тогда подумала: Вот это, действительно, святое поручение! Святое только то, что связано с церковью, верой в Бога. Но главное, странствия. Как бы я тоже хотела стать журналистом, ездить и писать.

Когда срок почетной вахты закончился, девчонки вернулись на учебу. То, что мне рассказала Люда, было из ряда вон выходящее. Там они познакомились и подружились со многими мальчиками из старших классов. В последний день у них состоялся концерт художественной самодеятельности, на котором Мишка Самохин из 11-го «Б» пел песню Малинина «Поручик Голицын».  

Он занял все мои мысли и вытеснил все остальное. Вскоре подруга показала мне его на перемене. Красивый? Обыкновенный. Если бы не «Поручик Голицын», никогда бы не обратила внимание. Я стала собирать о нем разную информацию. Миша жил в той самой девятиэтажке, куда мы в детстве с Леной ходили кататься на лифте.

Люда не была с ним знакома и как я могла познакомится? Что и как говорить? Хотя с ним в классе и училась моя соседка Надя, но не могла же я к ней пристать с просьбой нас познакомить. Написать письмо?

Основанная в 1965 году наша школа в 1990-м отмечала 25-летний юбилей. Кстати, ей тогда присвоили статус гимназии. По этому поводу весь декабрь проходили празднества.

Мишка сидел в вестибюле, продавал газеты ко дню гимназии. Подталкиваемая Людкой, я подошла на полусогнутых ногах, чтобы купить выпуск газеты. Это было единственный раз, когда он посмотрел на меня.

Юбилей праздновали в ДК «Юбилейный». Был подготовлен грандиозный концерт. Тогда, наконец, я увидела на сцене Михаила. Он вышел в черном пальто до пола и длинном красном шарфе, исполнил песни группы «Любэ». Этого было достаточно, чтобы очаровать меня окончательно.

Так промучилась от своей влюбленности до самой весны. С раскрытой головой выходила на улицу, чтобы свежий весенний ветер прохладил мозги, кипевшие от мыслей. 


promo elisaveta_neru october 9, 10:00 30
Buy for 10 tokens
Книгу «Берегитесь, боги жаждут!» Эдвард Радзинский написал в 2015 году. На обложке изображена гильотина, по бокам которой профили Робеспьера и Ленина. «Наверняка, там много мерзостей в адрес Робеспьера», - была первая мысль. Но я решила, что из негатива тоже можно извлечь полезное. Только по…

Error

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded 

When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.